Мнений о Буэнос-Айресе может быть множество: одни увидят здесь то, что приведет их в восторг —  великолепную архитектуру города (музыку,  запечатленную в камне); неповторимые парки с фонтанами и с людьми, отдыхающими на траве под тенистыми деревьями этих парков; многочисленные памятники, повествующие об истории  Аргентины и многое, многое другое. А другие сумеют разглядеть своим дотошным взглядом и неубранный мусор на улицах столицы, и потрескавшуюся, выпавшую из своего гнезда, плитку на тротуарах, угрожающую невнимательным пешеходам нехорошими последствиями, и неопрятных бомжей, и голодных нищих, и многие другие недостатки этого города, наносящие непоправимый урон эстетическому восприятию городского пейзажа определенному кругу гостей Аргентины.

 У каждого свой индивидуальный взгляд на окружающее их. И с этим не поспоришь. Да, я и не собираюсь этого делать. А завел  я об этом речь только лишь потому, что иногда в нашей прессе появляются такие аналитические статьи об этой стране, авторы которых, приехав в Аргентину на три-четыре дня на какой-нибудь симпозиум, делают, мягко говоря, удивительные выводы. Выводы их математически точны и академически выверены. Других мнений быть не может. Такое впечатление, что таким людям по прилете в аэропорт Буэнос-Айреса завязали один глаз (правый, левый – все равно), и они так одним глазом (скорее через «глазок») и сумели увидеть то, что требуется в их понимании, и сделали надлежащие выводы.

И хоть я обещал не грузить читателя какими-то экономическими выкладками и прочей статистикой, но автор-то я, а потому, что хочу, то и делаю. Помучаю вас немного экономикой. Не все же восторгаться неповторимыми пейзажами. А кто не хочет, тот может спокойно пропустить эту главу.

Как и в любой стране, в Аргентине есть своя экономика, свое промышленное, и сельскохозяйственное,  и иное производство. Ничего нового я вам, надеюсь, не открыл? Сегодня экономика Аргентины испытывает серьезные трудности. Это надо признать. Но появились они не сегодня. За свою историю страна восемь раз оказывалась в состоянии дефолта. В XXI веке Аргентина с третьей по размеру экономикой в Латинской Америке уже два  раза была в состоянии дефолта (последний раз по гособлигациям).  Напомню читателю, незнакомому с этим термином, что  дефолт – это невыполнение денежных обязательств в установленный срок (неуплата долгов, финансовая несостоятельность).

В конце декабря 2001 года Временный президент Адольф Родригес Саа  объявил о дефолте. О самом большом дефолте в истории страны (132 млрд. дол. США) по внешнему долгу правительства. И тут же ушел  в отставку, хотя пробыл в этой должности всего несколько дней. Его приемник,  Эдуардо Деладье, объявил, что с 2002 года песо на 10 лет приравнивается к доллару США один к одному. В 2001 году  ВВП Аргентины упал на 18% по сравнению 1998 г. И 60% аргентинцев оказались за чертой бедности.

Для того времени это был крупнейший в истории мировой экономики дефолт, объявленный какой-либо страной. Потом, правда, реструктуризация греческого долга (273 млрд. дол. США) в 2012 году вывела Грецию на первое место по сумме дефолта. Ну, а третье место в этом необычном соревновании держит до сих пор Россия со своим дефолтом в 1998 году (39 млрд. дол. США). И, кажется не собирается его никому отдавать. А, если повезет, то и на строчку выше надеется подняться.

После событий 2001 года Аргентина оказалась в очень трудном положении, но шаги, предпринятые тогдашним руководством страны, привели к тому, что в последующие шесть лет реальный ВВП Аргентины начал расти в среднем на 8.5% ежегодно. А, начиная с 2007, года во время президентства Нестора Киршнера, который ввел ценовые ограничения для компаний и дополнительные экспортные налоги, началось существенное сокращение инфляции. Страна постепенно начала выходить из глубокого экономического кризиса. Она и до сих пор не вышла из него. Но, если вы заметили, экономические кризисы постоянно сотрясают многие страны нашей планеты и этого не избежать. И Аргентина не исключение.

И с долларом США сегодня в этой стране сложные взаимоотношения. Официальный курс один, а на улице другой, более выгодный. Поэтому все приезжие, зная об этом, стараются обменивать свои доллары известно у кого. В Буэнос-Айресе есть даже знаменитый обменник, о котором знает и власть, и курс которого даже печатают газеты. Здесь вы спокойно можете очень выгодно обменять свои доллары на песо. Скажем пару лет назад, за один доллар здесь давали 9 песо, а официальный курс  крутился в районе пяти песо за доллар. Сегодня это соотношение изменилось не в пользу доллара и черный  (или, как здесь его называют — синий) курс 13 песо за доллар, а официальный курс — 8.5 песо.

Для России эта ситуация очень даже знакомая. Мы через это уже проходили. Но урок, похоже, не усвоили и вновь хотим его пройти. Повторенье – мать ученья.

Можно согласиться, что в Аргентине существуют проблемы с конвертацией валюты. Можно сделать массу и других интересных и захватывающих выводов об экономическом состоянии Аргентины. Но все-таки, не являясь специалистом в этой области, и никому не навязывая свое мнение, я делаю свои выводы, только лишь на основе личных наблюдений за поведением людей, общаясь с ними и, глядя им в глаза. Согласен, что этот метод далек от научного и, что он слишком примитивен, если не сказать больше. Но, на мой взгляд, он очень действенен. Он — на уровне ощущения. А ощущения (чувства, если хотите) нас редко подводят. Я не видел здесь угрюмых, растерянных и без надежды в глазах людей. Я не увидел в этих глазах ни страха, ни отчаянья, ни беспросветной  тоски. Может быть, я плохо смотрел? Не знаю, может быть. Может быть, я слишком предвзято смотрел на все окружающее меня и мой критический прицел расфокусировался, и я слишком очарован как самой страной так и людьми, населяющими ее. Может быть. Но тогда как быть с тем, что я в глазах людей у себя в стране вижу  то, что я не смог разглядеть в глазах людей такой далекой Аргентины?

Продолжение следует (Глава 7).                      Начало.