В предыдущей главе я попытался рассказать о русских, проживающих в Аргентине. Я, конечно, не претендовал на исчерпывающую полноту изложения по данному материалу. И, естественно, я отдаю себе отчет, что мой рассказ о жизни в Аргентине русскоязычной  диаспоры получился несколько поверхностным. Я, например, не упомянул о том, что в Аргентине выходят печатные издания на русском языке. Это и еженедельная газета «Наша страна» – орган «Российского народно-монархического движения», первый номер которой вышел в далеком 1948 году. Интересно, а знает ли Никита Михалков об этом издании? Ему бы, наверняка, такая газета пришлась, что называется, по душе. Сколько лет минуло, а идея монархизма в некоторых умах до сих пор живет.  Без царя в голове, ну, никак!  Надо же перед кем-то преклоняться –  прямая спина не в чести. Да и язык постоянно тренировать следует, благо высокородное место для тренировки языка всегда будет перед глазами маячить.

Это и ежемесячное издание «Русский вестник» – независимая газета русских и русскоговорящих граждан, проживающих в Аргентине. Не упомянул я и о единственном театре, на сцене которого говорят на  русском языке. Театр называется «Сновидения», и открыт в 2011 году в городе Мар-дель-Плата. Кстати Мар-дель-Плата в переводе значит – серебряное море. Если не забыли – я писал об этом феномене – у аргентинцев берега страны омывает не Атлантический океан, а Аргентинское море.

Не упомянул я и о русских ресторанах Буэнос-Айреса, интерьеры которых, как и положено, напичканы нашими лейблами: матрешками и балалайками. И пусть этих заведений не так много, но они есть. Не рассказал я о березах Буэнос-Айреса. Да-да, встречал я и так милые нашему глазу березки в этом большом и красивом городе. Среди непривычной для нашего взора экзотической растительности мне как-то к моему великому удивлению посчастливилось увидеть несколько березок, растущих перед многоэтажным домом. Они высились отдельно от других кустов и деревьев. И я почему-то был уверен, что это неспроста, что в этом доме живет наш соотечественник, и именно он и посадил эти березы. А почему  бы и нет?

Не рассказал я и о наших автомобилях, увиденных мною на улицах Буэнос-Айреса. Видел я и старенькие жигули – нашу «копеечку» – сиротливо прижавшуюся к тротуару в тихой и малолюдной части города, скучающую, наверное, по России, где она родилась. Ведь кто-то же ее, не поленился, и бережно перевез через весь океан, на другой материк, как память что ли?   Видел я, и нашу ниву, уже начинающую ржаветь, но все еще полную сил с водителем за рулем, который вполне мог быть и русским.

В общем, о многом я не упомянул и не рассказал. Да, и не ставил я перед собой такую задачу – рассказать обо всем. Обо всем, как говорится, не расскажешь! Но, что следует отметить, так это то, что русские, переселившиеся в Аргентину, кто много лет назад, а кто и недавно, прекрасно вписались в ее неповторимый пейзаж, не испортив его, но придав ему и дополнительную естественность, и неотразимое разнообразие, и заслуженное очарование. Наши люди не растворились в общей массе, а сумели сохранить и свою культуру, и свой язык. В общем, в этой «бочке меда» под названием Аргентина, где живут многие народы, русские не затерялись и не  стали ложкой дегтя. А это – главное!

А что же местное население? Что о нем можно сказать? Сколько бы я не бродил по улицам Буэнос-Айреса, сколько бы я не всматривался в лица прохожих, но мне не приходилось читать в глазах людей, спокойно проходящих мимо меня, какую-то усталость, тревогу, озабоченность и грусть неизбывную. Я постоянно пытался сравнивать нас, живущих по ту сторону океана — в Москве, с людьми, которые живут здесь — в столице Аргентины. И, если для нас характерной чертой является: бесконечная суета, торопливость и спешка с тревогой в глазах (а успеем ли?), то здесь в Буэнос-Айресе я ни разу не видел бегущих, летящих куда-то, сломя голову, людей. Город и его жители живут в том темпе, который они сами и определили и обозначили. Куда спешить? Когда все можно сделать спокойно, размеренно  и не в ущерб своему здоровью. Жизнь коротка, но не на столько, чтобы устраивать гонки с обязательным определением победителя. Вот так бы я определил жизненную философию города и людей его населяющих. И это поведение жителей Буэнос-Айреса, по моим наблюдениям, характерно для всех аргентинцев. Здесь люди понимают толк в жизни, они ее – эту жизнь – буквально смакуют. Как по  капле пьется не спеша вино, принося радость и удовольствие, так и жизнь должна приносить и наслаждение, и те самые радость и удовольствие, какое дает прекрасное вино.

Я не знаю, что делает Аргентину и ее жителей такой, какая она есть. Но уже на второй, третий или какой-то там день пребывания здесь, ты ловишь себя на мысли, что с тебя как-будто сняли оковы что ли или что-то похожее на них. Ощущение свободы, причем Свободы с большой буквы постепенно проникает в твое нутро и спина начинает распрямляться, и походка становится легкой, и на твоей физиономии появляется улыбка, как у маленького ребенка, которому дали-таки желанную шоколадку. Ты, наконец-то, осознал, какой вкус должен быть у настоящей жизни.

Никто не говорит, что аргентинцы решили все свои проблемы и трудности. Они есть, они существуют. Есть и богатые, есть и бедные. Но бомжи Буэнос-Айреса не прячутся по теплым подъездам и не копаются в поисках еды по помойкам, как у нас в Москве. От них не несет за километр черти чем, и одеты они не в лохмотья. В Буэнос-Айресе однажды я наблюдал такую картину:  на открытой площадке одного из ресторанов голодный бомж просил еду у посетителя, которому только что принесли горячую свинину на ребрах. И что вы думаете? Этот, по всей видимости, состоятельный человек, не раздумывая долго, тут же отломил половину своей не маленькой порции мяса и, завернув это мясо в бумажную салфетку, перегнувшись через разделительный парапет, передал ее просителю. Бомж принял сверток, отыскал поблизости скамейку, не спеша сел на нее и непринужденно и с некоторым даже достоинством принялся уплетать, доставшийся ему деликатес. У нас такое трудно себе представить.

Это не будет большой новостью, если я скажу, что жители Аргентины очень любят поесть свое аргентинское мясо, запивая его своим же непревзойденным (исключительно мое оценочное суждение) аргентинским вином. Что любят жители этой страны, можно перечислять долго. А вот нелюбовь или точнее безразличие аргентинцев к нашему национальному бренду –  к водке –  очевидна. На прилавках с крепкими напитками всегда можно обнаружить нашу отечественную «гордость», но разбирается она, прямо скажем, плохо, да и то покупают ее скорее непривередливые и неразборчивые туристы, нежели местное население. Свое родное вино аргентинцы употребляют в больших количествах, но откровенно пьяных, еле стоящих на ногах, как у нас в России, я здесь не встречал. Счастливым человека делает не спиртное, а что-то другое. Праздник жизни в этой стране не связывают напрямую со спиртным и это заметно. Вино поднимает настроение, украшает жизнь, а не служит глушителем боли и различных жизненных неурядиц. Оно призвано возвышать, а не угнетать.

О толерантности аргентинского общества говорит и тот факт, что в 2010 году в стране официально разрешены однополые браки. Я пишу об этом без всякого восторга. Но, чтобы общество считалось с мнением меньшинства, нам до этого идти еще очень долго. Вопросы равноправия в нашей стране решаются более радикальными способами.

Россия всегда страдала от непомерных амбиций своих рулевых.  А те в свою очередь инфицируют этими амбициями подконтрольное им население. В Аргентине все не так. Эта страна не ставит пред собой невыполнимых задач. И ее население не заражено глобальными идеями. И, если у нас возможен диспут, спор или серьезный диалог, что такое Русская Идея? То в Аргентине такое просто невозможно. Лучшие умы этой страны еще не додумались до Аргентинской Идеи. Да, им это и ни к чему. Вот идея вырастить качественный виноград и сделать из него замечательное вино, такая идея присутствует. Или мясная идея – накормить себя вкусным мясом, а там глядишь и дружественным соседям тоже что-то да  перепадет, тоже неплохая идея.

Да, Аргентина, по сути, интернациональная страна – страна эмигрантов, приехавших сюда за новой жизнью, за счастьем, за мечтой. Если можно так выразиться, то Аргентина – это котел, в котором в течение многих столетий в результате смешения различный национальностей, на выходе получился новый сплав – житель Аргентины, свободный по духу, любящий свою страну, и получающий удовольствие от жизни в этой стране.

Продолжение следует (Глава 30).                         Начало.